В пятницу The Cancel Live Band отыграли концерт в клубе Atlas. Редакция ArtMisto поговорила с саксофонистом группы Алексеем Яцыной о выступлении в Киеве, о молодой группе Homies Experiment и об источниках своего музыкального вдохновения

circle-16[1]
Фото: Олег Мартынюк
— Как это вообще — быть начинающим музыкантом в Украине? Какие основные трудности, с которыми ты сталкиваешься?

— Быть молодым музыкантом в Украине сейчас очень интересно. Появилось множество возможностей быть услышанным и увиденным — есть интернет, есть камера. Единственная сложность, пожалуй, состоит в том, что нужно успевать много дел сразу — и заниматься игрой, и учиться, и работать. Иногда для этого просто не хватает дисциплины. Помимо этого, никаких преград я не замечаю.

— Почему именно саксофон? Почему не стандартные фортепьяно или скрипка?

— О, это довольно смешная история. Когда мне было лет пять или шесть, по телевизору крутили сериал “Nightman”. И вот главный герой — этот самый Найтмэн — помимо того, что спасает людей, играет на саксофоне! Мне казалось, что это безумно круто. И тогда я подумал: «Да, это оно!» Поэтому я заявил о желании играть на саксофоне семье и родители отвели меня в музыкальную школу. И вот, питая надежды, что сейчас мне дадут в руки саксофон и я буду играть, вместо этого я вдруг получаю блок-флейту! Более того, мне сообщают, что на этом мне играть целый год! Представляешь моё разочарование? (смеётся) Но, как бы там ни было, год я выстрадал, блок-флейту возненавидел, но таки достиг своего — стал играть на саксофоне.

— Но несмотря на это, твой “приход” в профессию был нетипичным. Расскажешь о том, как бросил учиться на пилота ради игры на саксофоне? 

— Мой отец — пилот, и он безусловно хотел продолжить “династию”. А я в 17 лет особо не задумывался, чего мне хочется и кем мне быть. Что ты вообще в таком возрасте понимаешь? Так что когда меня спросили: “Будешь пилотом?” — я легко согласился. Поступил в Кировоградскую лётную академию, где проучился два курса. Там же я продолжал занятия саксофоном, играл в оркестре. Постепенно я понимал, что всё меньше и меньше времени уделяю изучению университетской программы и посещению занятий, и всё больше на игру и репетиции. В какой-то момент осознал, что довольно глупо продолжать так дальше и после третьего семестра, зимой, объявил родителям о своём решении поступать в Киевское училище им. Р. М. Глиера. Они, безусловно, были в шоке.

— В пятницу The Cancel Live Band отыграли концерт в клубе Atlas. Какие впечатления от выступления, от аудитории и от самого себя?

— Если честно, я не ожидал, что придёт так много людей. Мы с ребятами из группы сидели в гримёрке и прикидывали, сколько может собраться народу. Помню, говорили: “Если хоть ползала будет заполнено — просто замечательно”. Я выходил на сцену первым, за мной Коля, наш гитарист. Смотрю в зал и спрашиваю его: “Ты видел сколько народу пришло?”, а он: “Ага”, и мы вместе такие “Вот это да..”. В общем, это было действительно неожиданно и приятно. Аудитория встречала  очень тепло. Сначала и мы, и слушатели были немножко скованны, но потом всё начало потихонечку раскачиваться. Я смотрю на людей, а они вот так в такт музыке головой качают, и я думаю сам себе: “Да-да, всё получается неплохо!”.  Мы расставляли трэки таким образом, чтобы постепенно  подвести слушателей к кульминации. По поводу своих ощущений..

4BRdVLHER7M[1]— Ты собой доволен?

— Ну… Я обычно собой недоволен. Всегда знаю что и где мог сделать лучше. Правда не всегда знаю как, но это уже другой вопрос. (смеётся) Я рад, что этот концерт у нас получился: я к нему долго готовился, и, к тому же, на данный момент это именно то, что я хочу и могу делать лучше всего.

— The Cancel состоит из двоих участников: Андрея Зеленского и Дмитрия Федусева. С тобой и другими ребятами дует объединился конкретно ради концерта 16 октября. Как они вас нашли? И как тебе вообще опыт работы с Андреем?

— Вышло так, что Влад Крывин — организатор этого концерта разместил объявление: «разыскивается саксофонист» (смеётся). Моя сестра Саша увидела его и постфактум сообщила, что подписала меня на прослушивание. Я не помню, как это точно было, но мы связались с Владом, и в ходе разговора он сказал, что ему еще нужны гитарист и басист. А поскольку я играю в группе “Homies Experiment”, где у нас есть готовый состав, то я предложил её участников — Колю и Олега. С Олегом не вышло, он должен был ехать в Италию к родителям. А мы с Колей пришли на прослушивание и сразу понравились Владу. Мы собирались, включали его бит и играли. Он приехал один раз на концерт в Телепорте, который, транслировался в прямом эфире в интернете и люди из разных стран могли его смотреть. А уже следующий раз был в пятницу, чтобы порепетировать и отыграть этот концерт. Часть трэков была полной импровизацией, как Андрей и объявил в начале, особенно последний — мы вообще не планировали его играть.

— Но вы не смогли устоять перед “БИС!”

— Да, не смогли! (смеётся)

— Андрей Зеленский пригласил на ваши будущие концерты в Харькове, Львове и Одессе. Когда это может быть и  чего аудитория может ожидать от них? Это будут новые импровизации? Или старые, любимые всеми треки?

— Программа, скорее всего, будет той же. Но для нас не составляет большую проблему подготовить какие-то новые трэки. На самом деле, одна репетиция — и всё может быть готово. Тут вопрос в активизации народа: если все решат мол “Давайте сегодня сделаем пять песен!”, тогда эти 5 песен будут сделаны. Но я думаю, что костяк програмы останется прежним. А что касается того, когда будут эти концерты, я честно говоря, не знаю.

— Помимо The Cancel Live Band ты играешь в молодой группе «Homies Experiment. Насколько мне известно, 6 ноября у вас будет концерт. Расскажи о нём и о группе побольше.

m1Bj-niWYL8[1]— Вероятность концерта 6 ноября составляет приблизительно 80 % (смеётся), но зато однозначно состоится наше ближайшее выступление 23 октября в Белой Церкви. Это во-первых. О группе: в феврале этого года Коля Зинченко, Андрей Варламов и я собрались вместе. Решили снимать вместе Гараж (название помещения вскоре превратилось в имя собственное —прим.авт. А.К.) — Андрей нашел подходящее место. Мы начали там заниматься. Поначалу было жутко холодно, у нас просто отмерзали пальцы. Но потом чуть-чуть потеплело, и к тому же у группы появился бассист — наш одногрупник Олег Мартынюк, с которым музыка стала лучше. «Принёс весну в наш гараж и басс в музыку». Он расплачется, если прочитает это. (смеётся) Потом Коля позвал Соню Козак— вокалистку. И всё — есть полный состав и песни, которые мы хотим делать, а значит есть фронт работ.

Сейчас мы начали немножко смещать акценты в программе в сторону хип-хопа: пытаемся балансировать между тем, что люди хорошо знают, и неизвестными песнями, которые, на наш взгляд, являются хорошим материалом. Вообще вот не люблю слово “кавер”, “кавера”: что за кавера? Ковры повесили? У Роберта Гласпера (джазовый пианист и продюсер — А.К.), например, это называется “вариация”. Мы пытаемся работать в таком же духе. Берем тему, переосмысливаем её и каждый добавляет что-то своё. Можем изменить бит или грув. Делаем оранжировки, в частности на Океан Эльзы. Недавно делали аранжировку на «Get Lucky”, так теперь она никому не нравится (смеётся). Мы её хорошенько так «поломали». Все говорят «Не, ну прикольно, но она звучит как-то странно…». Там же вообще размер 44, а мы сделали 78 и все такие: «Что происходит вообще?».

— А почему сместили акценты? Это для привлечения большей аудитории или просто вот так вот чувствуется?

— Просто чувствуется. 11 октября я был на мастер-классе Амброза Акинмусира, и он меня безумно впечатлил. Так вот во время мероприятия спикеру был адресован вопрос из зала: «А что вы слушаете кроме джаза и хип-хопа?». На что Амброз Акинмусира с улыбкой отвечает: «Это Вы почему так спросили, потому что хип-хоп — это то же самое, что и джаз?» В целом так оно и есть, джаз немного эволюционировал, и то, что было в 50-70х годах через фьюжн и джаз-рок как-то выкристализировалось в хип-хоп культуру. Эта музыка современнее, в ней можно много чего выразить, она будет понятнее многим людям. Мы люди другого поколения и нам  это ближе.

— На предыдущем концерте Homies Experiment ты читал рэп. Откуда появилась такая идея и как тебе было в новой роли?

— Началось с того, что Коля пересмотрел все части фильмов о Фредди Крюгере. И написал о нём песню. Она вот о чем: есть парень и есть девушка, которая парню очень нравится. Но его ухаживания она не поощряет. Не потому, что он ей неинтересен, а потому что папа её — это сам Фредди Крюгер! И, в общем, если между ними возникнут отношения, то герою не сдобровать. Сначала мы думали, что мелодекламировать будет Соня, но потом я начал потихонечку читать текст и ребята предложили мне попробовать. Я и попробовал, а всем очень понравилось. Для меня это, конечно, совершенно новый опыт. Но все равно читать рэп мне нравится: это очень круто развивает ритмически. Начинаешь понимать определенную ритмическую структуру, как люди мыслят, как  те же рэпперы расставляют акценты в фразах.

— Ты учишься на третьем курсе в училище им. Р.М. Глиера. Как тебе там? Это вообще полезный опыт?

— В двух словах, мне кажется, что часто преподаватели требуют от нас не того, что, казалось бы, должны требовать. Те же занятия по украинскому языку, истории Украины, ОБЖ…

Фото: Анна Кудрявцева
Фото: Анна Кудрявцева
— До сих пор?

— Ну, поскольку я учусь в училище… Там считают, это целесообразным. А получается, что талантливые ребята, которые много занимаются музыкой, не могут учиться на стипендии, потому что у них плохая оценка, допустим, по ОБЖ. В то же время, у нас не достаёт часов для занятий гармонией. На ритмику часов нет вообще, хотя она страдает у всех. Занятия на инструменте, мастер-классы — всего этого катастрофически мало. И получается, что люди занимаются не тем. Но я бы хотел продолжить обучение на «вышке» Глиера. Там очень хорошие музыканты и есть у кого поучиться. Тем более, когда сидишь дома и занимаешься в одиночестве, вне музыкальной тусовки, то думаешь, что все эти ребята, которые играют, — они где-то там, далеко. То есть, когда ты не видишь музыканта, который играет лучше тебя, то теряешь ощущение причастности к реальности. Намного лучше, когда ты реально слышишь и наблюдаешь человека, который своей игрой восхищает и поражает. И заставляет думать: «Как же ты это сделал? Я тоже так хочу!».

— Чего тебе хочется от своей профессии сейчас? Есть какие-то планки, которых хотелось бы достичь?

— Да, конечно есть. Хотелось бы войти в джемовую джазовую тусовку Киева. (Научиться хорошо импровизировать в джазе, больше играть на джемах). Это было бы очень круто, потому что ребята там играют действительно классно. И еще на пианино надо научиться играть.

— Надо или хочется?

— И хочется, и надо. В смысле, всегда хочется сесть и заиграть как Рахманинов. (смеётся). Для меня хорошо научиться играть на фортепиано — это челлендж. Безусловно, я умею больше, чем, скажем, год назад, но этого всё равно недостаточно. Многие хорошие музыканты прекрасно владеют этим инструментом, потому что это помогает им полностью видеть музыкальную систему. Перед тобой есть 88 звуков и ты левой рукой играешь аккорды, обращения, а правой можешь придумать любые линии. Это расширяет осознание музыки.

— Насколько для тебя, как для артиста, важно признание публики?

— Мне хотелось бы, чтобы людям просто нравилась хорошая музыка и всё. Чтобы у меня получалось делать хорошую музыку и людям нравилось её слушать. А если говорить о чём-то вроде большой славы и тому подобного… Нет, мне это не очень по душе.

— Что слушает молодой украинский музыкант? Каковы твои предпочтения?

— Я очень долго не понимал Уэйна Шортера. Я слышу, что круто, но не понимаю! Знаешь, как оно бывает: что-то долго делаешь, а потом вдруг реально осознаешь, что ты это делаешь и ради чего. Так и с прослушиванием. И вот совсем недавно меня как будто шибануло по голове. Я просто послушал его и подумал: «Вот это да…».  Также  в последнее время слушаю много хип-хопа — и потому что нравится, и по причине того, что это нужно для групп, в которых я играю. Слушаю Mos Def и Кендрика Ламарра. И Марка Тёрнера, благодаря которому я начал понимать современный джаз — тот, который создают и играют сейчас. Роберт Гласпер — это вообще ключевой персонаж. У него есть альбомы на грани r’n’b, джаза и хип-хопа, где он все эти направления скомпоновал очень красиво.

Из тех, кого я любил всегда и благодаря кому я полюбил джаз: Джон Колтрейн, Сонни Роллинз, пианист Билл Эванс — (возможно потому, что я не пианист). Барабанщиков слушаю, таких как Крис Дейв и Джастин Браун —просто невероятный барабанщик в смысле подхода к ритму и к аккомпанементу. Он приезжал в Киев с Амброзом Акинмусиром.

И Майлз Дэвис, конечно же Майлз Дэвис.

Добавить комментарий