По версии Всемирной организации здравоохранения, старость начинается после 75 лет. По данным Госкомстата, средняя продолжительность жизни людей в Украине — 71,68 года. Максимум что нам грозит — стать пожилыми. А молодость закончится не раньше чем в 45. Прогноз выглядит более чем оптимистическим. Но что делать, если с точки зрения конкретного человека возраст — это не статистика, не цифры в паспорте и не отражение в зеркале?

Возраст? Старение? Это то, что бывает с другими. О них полагается шутить, не принимать всерьез, делать круглые глаза и удивленные брови. Любой разговор о возрасте или старении воспринимается так, будто в разгар шумной вечеринки в комнату внесли гроб с покойником. «Что мы как старики», «мне всегда будет 18», «старым/ой себя не считаю», «что вы ноете» — далеко не полный перечень типичных реакций на два, казалось бы, нейтральных слова, лишенных негативных коннотаций. Тогда как возраст — это не синоним слова «старость», а всего лишь одна из стадий в развитии человека. Ключевое слово — «развитии». А старение — сложная динамичная система психологических, физиологических и социальных возможностей и ограничений.

Портал ARTMISTO собрал 41 невымышленную историю о том, как люди ощущают возраст, старение, в чем это проявляется, как справляются с необходимостью принимать телесные деформации, реагируют на культурные стереотипы и социальные ограничения.

Ирина Евса: Бороться с неизбежностью невозможно

Ну, ты понимаешь, что стареешь. Внешне. А кто обещал, что этого не будет? Бороться с неизбежностью невозможно. А потому я просто говорю своим друзьям: «Когда увидите, что я начала брюзжать, ненавидеть тех, кто моложе, и вообще терять рассудок — пристрелите сразу же».

С этим не надо «справляться». Как только начинаешь «справляться», тут и кранты. Надо просто жить дальше, понимая, что единственное, что у тебя остается, — это достоинство, которое нельзя терять ни при каких обстоятельствах. Пока жива. Стало быть, все не так катастрофично.

Ksenia Buksha: Пока у меня — «было хуже, стало лучше»

Возраст сам по себе меня не волнует. Волнует, что нужно будет думать про здоровье больше (или развалиться — само не поедет), а ужасно досадно и лень. Хотя здоровье не так уж линейно зависит от возраста. Пока у меня — «было хуже, стало лучше». Но очевидно, что старость не радость, и вот это вот пожизненное техобслуживание или разваливание — пока нет смирения на эту тему. Не люблю болезни, врачей, очереди и т.п. Но, с другой стороны, и молодой помирать неохота. Вот если получится быть бодрой старушкой лето до 70-80-90, до самой смерти — остальные проблемы старости меня не задевают вообще. Но это вряд ли.

Alexander Morozoff: Я себя не чувствую стариком. Пацан какой-то в драных штанах, не стриженный, небритый и абсолютно бесполезный.

Marianna Kijanowska: Я відчуваю старіння, коли хворію. Але це почалося ще в дитинстві.

Марина Ищенко: Мой возраст — мои взаимоотношения со смертью. Мне и страшно, и не страшно. Страшно — я ее боюсь. Не страшно — этого не избежать.

Станислав Бельский: Стало неприятно и страшновато смотреть в зеркало — там не я

Вдруг понимаешь, что хороших, живых годов осталось мало, и надо успеть очень многое, и что все надо переменить вообще в своей жизни. Очень острое было ощущение, что жизнь идет не так, и только в одном, худшем направлении. В общем, возник запрос на какие-то серьезные изменения. И да, в итоге довольно мучительно, но они произошли.

Стало неприятно и страшновато смотреть в зеркало — там не я. Собственная телесность начала вызывать легкую брезгливость. Добавилась проблема с лишним весом: я всегда был худым и ел от пуза, а теперь надо себя ограничивать, чтобы не растолстеть. А иначе начинают болеть нагруженные ноги. Вообще, появился десяток-другой каких-то дурацких хронических болячек.

Какое-то время назад я справлялся плохо, теперь привык — ну что, блин, поделаешь. Может, у всех начинается около 35 такая вот перевалочная цыфирь? Очень сильная биологическая, гормональная перестройка происходит в этом возрасте. А к сорока как-то устаканиваешься и живешь себе дальше.

Елена Дорогавцева: Думать и радоваться — залог молодости.
Даже глупость в чем-то — залог, потому что позволяет сохранить свежесть

Чувствую несовпадение реакций людей на мой внешний вид с паспортом, с внутренним состоянием, пониманием жизни вокруг и всеми атрибутами возраста. Когда осознала старение? Когда организм попросил спать каждый день. Потом — когда попросил спать долго, потом — когда появились седые волоски, потом — когда кожа изменилась. И окончательно — когда кончились силы терпеть лишнее и ненужное. В чем-то чувствую себя на 17, в чем-то — на 100, в чем-то на — 20… полная возрастная раскоординация.

Не трачу силы и время на лишнее, стараюсь спать больше, слежу за собой, думаю как молодой человек. Думать и радоваться — залог молодости. Даже глупость в чем-то — залог, потому что позволяет сохранить свежесть. Мне кажется, что наивность позволяет мне выглядеть моложе, иногда лучше чего-то не осознавать.

Марина Балуева: Я себя чувствую такой же, как и в двадцать. Только опыта побольше и болезней.

Євгенія Чуприна: Я ощущала возраст лет в тридцать, а сейчас уже нет. Чувствую себя лет на 25, выгляжу — не мне судить.

Алена Угарова: Был такой «условный рубеж» — 30 лет, а потом попустило.

Яна-Мария Курмангалина: Ценишь покой и минуты наедине с собой

Чувствую, что на многие вещи начинаю смотреть шире. Чувствую, что тратить нервы на заведомо не решаемые проблемы — больше не имею физического ресурса. Осознаю, что если выходишь из точки А, то обязательно окажешься в точке Б, а по пути узнаешь много интересного. Становишься наблюдательнее, ценишь покой и минуты наедине с собой. К тому же, перестаешь носить джинсовые мини и бешеные шпильки, потому что в них неудобно ходить. Понимаешь, что сама жизнь и есть смысл, помимо прочих смыслов.

Anna Fleitman Chromova: Научилась понимать, что мои ресурсы ограничены

Научилась понимать, что мои ресурсы ограничены. Не тратить их на лишнее: занятия, некоторых людей, ситуации, притворство. К этому меня приучили дети. Когда учишься с ними жить, особенно когда они малыши, приходит острое понимание ограниченности собственных ресурсов. Вот волосы перестала красить. Гордо хожу седая. Почему-то от этого стало легче. Следующая задача — научиться следить за здоровьем. Но с этим сложнее — все кажется, что еще есть время этим не заниматься, с другой стороны, понимаю, что краду у себя же.

Хелга Данилова: Не ощущаю возраст, пока это просто цифры. Не боюсь смерти — ни своей, ни чужой. Уважаю, но не боюсь. Часто говорю о ней, знаю, как хочу быть погребенной. Вот сейчас подумала, что в нашей стране стареть унизительно. Теперь надо решить, как это изменить.

Людмила Загоруйко: Когда уступили место в общественном транспорте. Изумилась, испугалась, поняла. Это было некрасиво и даже не очень приятно. Застало врасплох. Мне? Да я еще ого-го!

Мария Галина: Старение — это стыдно и унизительно, но, пожалуй, плюс в том, что уходит все внешнее и наносное, больше не надо никем притворяться. Еще плохо то, что очень укорачивается перспектива: все, что ты выцарапал до этого, работает на тебя, а вот начинать что-то новое сложно, социальные роли уже распределены.

Tina Zagnetko: Дожить до старости — это тоже достижение

Первое ощущение возраста, смены эпох, вообще, что это что-то важное, а не просто цифры, появилось в 20 лет. Скорее всего потому, что в детстве самой старшей кукле Барби, матери семейства, было 19 — после 19-ти все равно, 20 или 85.

Потом — в 30. 30-летия ждала очень. Ощущаю себя на свои 30, то есть, молодой, красивой, полной энергии женщиной, которая нашла любимое дело и стала профессионалом, стала добрее и мудрее в силу опыта и возраста. При этом я никому, кроме себя самой, ничего не должна и имею полное право на то, чтобы быть, наконец-то, собой. В том числе на ошибку, глупость, дурь в голове и пр.

Про физические ощущения. Сейчас уже знаю, что такое похмелье, тяжесть в желудке от вкусной жирной пищи и кашель от лишней выкуренной сигареты. Пять лет назад не знала. Но это нормальный процесс — гарантия на организм закончилась. Нужно просто внимательнее относиться к своему туловищу.

До 30 лет мне не очень был понятен западный подход, когда люди не просто празднуют день рождения, но и активно упоминают, собственно, Страшную Цифру (например, 40, 45, 55 и пр.) Теперь понимаю: праздник в том, сколько лет ты прожил, пережил, выжил. Это же и правда круто — пробыть 50, 80, 90 лет на этой планете. И стоит праздновать именно что количество лет. И это не про старость, а про достижение. Дожить до старости — это тоже достижение.

Елена Зачесова: Умудренной жизнью матроной я чувствовала себя в двух последовательных декретах, то есть до 30.
В это же время накапливалась усталость

Личные ощущения возраста прежде всего нелинейны. Умудренной жизнью матроной я чувствовала себя в двух последовательных декретах, то есть до 30. В это же время накапливалась усталость. После 30 настало то самое плато, когда многое получается, справляешься со всем и физически, и эмоционально, строишь планы, реализуешь их, планируешь новое снова, и снова, и снова. Возраста не различаешь, потому что нет разницы — 35, 40, 50, только дети все взрослее, и с ними уже можно и нужно выстраивать новые отношения. А потом болезни родителей вдруг отбрасывают тебя в прошлое, когда ты зависела от них, и накатывает ужас, что с тобой случится, когда родителей не станет. И тут же возвращаешься в сегодня, потому что некогда жалеть себя, нужно сражаться и желательно победить болезни, хоть на сколько-нибудь отодвигая неизбежное. В это время ощущаешь себя сжатой пружиной без возраста, потенциальной энергии хватает на все необходимое. Потом, конечно, организм мстит и чувствуешь себя древней развалиной. Но нужно снова брать себя в руки и взводить свою пружину, потому что кроме тебя больше некому. А потом снова отходить. И снова заводиться. Это вообще не про возраст, кажется.

А седина, морщины, скрипы в коленях не важны, пока не влияют на результаты борьбы с чужим возрастом и его последствиями.

Юрий Макеев: Раньше ходил пешком в неограниченных дозах на конские расстояния, а вот сейчас уже ножки болят.

Не Два: Молодость приходит с возрастом. Иногда ощущаю себя на 5 лет, бывает, на 25, случается и на 85. Как настроюсь. Легко. Чаще ближе к началу фильма!

Юрий Смирнов: Желание срочно завести еще детей, пока тебе не завели внуков.

Олесь Барліг: Лисіння – травматичний досвід, оскільки все життя мав пишне волосся

Фіксація фізіологічного старіння почалася з волосся: сивини (це ще 9 років тому) і лисіння. Перше сприйняв спокійно, хоча коли зараз якісь знайомі раптом в розмові говорять: «Ти вже такий сивий», – на мить ціпенію й не знаю, як адекватно відреагувати. Потім згадую – посмішкою і жартом. Лисіння – травматичний досвід, оскільки все життя мав пишне волосся. Тут був потрібний досвід прийняття себе. Здається, більшою мірою справився із цим, однак якийсь осад ще лишається.

Психологічне старіння, мабуть, почалося з більшої уваги до здоров’я. По-перше, розумієш яке воно крихке (не в мене особисто – а взагалі людське здоров’я). По-друге, розумієш, що твій бюджет не розрахований на зайві витрати з лікування. По-третє, хвороби позбавляють тебе не лише матеріальних ресурсів, але й символічних – а це велика розкіш.

Елена Груздева: С возрастом перспектива долголетия не кажется столь привлекательной

Обычно осознание своего возраста приходит с изменением символического статуса: стала матерью, а теперь и бабушкой. Но больше всего — со смертью близких, особенно одногодок. Серьезной вехой в переосмыслении этого вопроса для меня стал возраст отца, к которому я подошла. То, что когда-то отмечалось отрезками жизни, в любой момент может приобрести свою завершенность, не зависимо от того, сколько планов и дел еще предстоит и сколько денег на счету или неоплаченных кредитов.

Раздражают разного рода призывы к омоложению и долголетию – невозможно не оценить всю тщетность изощренного обмана. Кстати, с возрастом перспектива долголетия не кажется столь привлекательной. И не сколько в силу ухудшающегося состояния здоровья, сколько в силу того, что наслаждение теперь имеет другие источники.

Alexander Khimchenko: Старость — на фото, когда редко попадаешь на снимки, а потом — сюрприз. Еще в отражениях — витрины, машины. Неожиданный угол зрения — боже, чувак, и это ты?.. А еще — память, сериалы, фильмы (книги меньше). Воспоминания легко выкатываются, не удерживаются в мозгу. Еще не серьезно, мелочи, но все же.

Helen Strik Savitskaya: До войны вообще не ощущала возраста. Война поменяла многие ориентиры. Сейчас все нацелено на сохранение здоровья и правильного режима жизни. Огорчает театральность, напускное и ненастоящее в отношении к возрасту. Пугают неопределенность, отсутствие нормальной работы и перспектива потери наработанных навыков.

Gali-Dana Singer: Я очень люблю тратить время, не задумываясь. И вдруг поняла, что если хочу еще что-то сделать/доделать, то надо быть экономней. И вот этот страх был наступлением старости. А потом поняла, что без своего беспечного отношения ко времени я вообще ничего сделать не смогу — старость временно отступила.

Оксана Ефименко: Осознание было давящим

2 года назад я вдруг поняла, что взросление закончилось, — я уже взрослая. И изменения, которые со мною происходят, называются каким-то другим словом. Из всех придуманных самое подходящее — «старение». Осознание было давящим и неприятным. Все чаще стала оглядываться назад, сравнивая себя с тем идеалом, который рисовала в 18-20 лет, и понимать, что он не работает. Это совсем не плохо, это естественно, пока хватает сил на хотя бы отдаленное соответствие тому, что кажется правильным сейчас. Страшно думать, что в будущем чего-то для этого соответствия может не хватить.

Разглядывание себя в зеркале стало вызывать другие эмоции. Не отрицательные. Это скорее интерес. Начала жалеть, что никогда не любила спорт. После отчаянных попыток полюбить, поняла, что никогда уже не смогу. Стала внимательнее относиться к собственным ощущениям, появился внушительный список вещей, которые больше не нравятся. Начала раньше ложиться и вставать. В целом, я даже поставила перед собой вполне осмысленную задачу не испытывать отторжения к тем переменам, которые происходят, хотя это дается непросто.

Если бы мне предложили вернуть прежнее мировосприятие, я бы отказалась. Сегодняшние чувства и ощущения дают больше строительного материала для «своего места». Мне действительно интересно, как я буду смотреть на вещи в будущем.

Боюсь быть старой в такой стране, в которой сейчас живу, потому что пока еще верю, что старость и умирание — это разные вещи. Но то, что я вижу вокруг, этой вере противоречит.

Ольга Лебединская: Когда общаешься с детьми и молодежью, тоже превращаешься в детей и юных

Да, волосы седеют. У нас это наследственное — рано седеть. Да, и сил иной раз не настолько много, как 5-15 лет назад. И приходится учиться экономить силы и выбирать, что важно, а что — не очень.

Надо чудить. Шалить. Хоть иногда. Тогда попадаешь в другое измерение себя. Нужно бывать на сценах и площадках — любых, хоть в домашнем театре — сразу попадаешь в иной мир, где НЕТ возраста. Даже если у тебя роль Бабы Яги. И когда плывешь — тоже вне возраста. Природе все равно, как ты выглядишь и сколько седых волосин на твоей голове.

Когда общаешься с детьми и молодежью, тоже превращаешься в детей и юных. С удовольствием бегаю по школе или коридору училища, например. А еще часто чувствую себя студенткой и даже первоклашкой. Чему-то учусь. Езжу на разные мастер-классы. Сижу с детьми, раскрашиваю лягушек, сочиняю сказки, пишу конспекты. И балдею!.. А в песочнице играться пробовали?! Кайф! Просто чаще надо делать то, что хочешь, а не думать «я взрослый, мне уже нельзя».

Когда общаешься с людьми, которым 80, чувствуешь себя несказанно юным. Они поют сидя. А ты стоя. И это тоже счастье. Вообще круто — учиться чему-то новому. Попадать в интересные сказочные истории. Петь. Танцевать. Страдать ерундой. Это тоже надо себе позволять. Ну, хоть самолетики пускать с крыши синагоги!

Инга Кузнецова: С какого-то момента я начала только выдавать, а не накапливать, делиться с другими. Отдать — это и есть зрелость. Мимические морщинки — ерунда, когда твой вес как на первом курсе. Юность очень беззащитна, и зрелой мне нравится сила, которую я в себе чувствую — не свою, а скорее силу связи со всем. Я люблю это.

Елена Жердева: Последние пять лет чувствую, как прибывают года и накапливается внутренняя усталость. Друзей становится все меньше, а оставшиеся, кажется, держатся за меня крепко из-за профессии. Все реже звонки «просто поболтать», и я четко понимаю с первых фраз, что от меня что-то надо. Обрывая треп фразой «ты что-то хотел/ла», никогда не ошибаюсь. Грустно как-то немного.

Оксана Стомина: Удивилась дважды. Первый раз, когда обнаружила, что уже не могу играть в теннис 6 часов подряд под палящим июльским солнцем. А второй раз, когда мальчишка в переходе протянул было мне флаерок с приглашением на молодежную вечеринку, а потом присмотрелся и … передумал.

Роман Евлоев: Ощущение возраста приходит, в основном, через физику

О старости мне говорить пока рано. А ощущение возраста приходит, в основном, через физику. Когда пытаешься сто раз отжаться и где-то на втором десятке вдруг понимаешь, что тебе уже не семнадцать. Второе, наверно, социальное. Когда на юных и прекрасных дев уже смотришь как на требующее опеки потомство.

Ну, а самый первый приступ геронтофобии случился, когда встречался с соратниками времен неспокойной юности. Я отчетливо помню, что Мише — 23, Пашке — 20, мне…, а вижу перед собой сорокалетних мужиков, у которых дети школу заканчивают.

Анастасия Винокурова: Обделенной себя ни в чем не чувствую

Для меня когда-то шоком стало осознать, что я на 15 лет старше моей мамы в том возрасте, когда она говорила: «Я уже старая…» Самое страшное, что для нее так и было — с появление детей собственная жизнь закончилась. Я ничего подобного не ощущаю. Телесно — как была дохлая, так и осталась, изменений не заметила. Кто-то там страдает, что не может уже гудеть всю ночь напролет или выпить целую бутылку в одно горло — а я никогда не могла, так что обделенной себя ни в чем не чувствую. Спросила как-то у начальницы, когда начинается старость — ответила, что после 50 стало заметно, что что-то меняется.

Yelena Yakovleva: Чаще всего нет, наоборот, удивляюсь, заглядывая в паспорт. А старение ощущаю телом, оно очень меняется, почти перестает летать, его как будто прибивает к земле. Пока стараюсь не париться, спорадически начинаю «заниматься собой», но быстро бросаю, т.к отвлекают другие дела — работа, дети, им первые ресурсы. А себе — сухой остаток, которого хватает на немногое.

Рамиля Шварц: Возраст не ощущаю абсолютно, благо, мне всегда дают меньше лет, чем в паспорте. Старение почувствовала с появлением седых волосинок и безупречных кругов под глазами. Это лет в 27, наверно. Еще самая больная тема — с возрастом не прокатывает кушать все на свете и не поправляться. Или легко сбросить за месяц, например, 5 кг. Справляюсь силовыми и кардиотренировками, йогой.

Елена Сироид: Старость я стала ощущать в 17 лет. Я серьезно. Ощущать как безысходность. Постоянно чувствовала закрытые двери. Этого мне уже не сделать, я опоздала! И жутко суетилась. И всю жизнь мне дают намного больше лет, чем есть на самом деле. Только вот теперь, когда и пора бы ощутить старение, я как раз притормозила. И мне все стало нравиться! Учитывая молодежь. Видимо, я впала в старческое слабоумие — и тут вполне неплохо.

Наталия Санникова: Общество испытывает отвращение к старению. Это стыдно и унизительно

У старения две горькие стороны: немощь и социальная депривация. Когда ты от слабости не можешь делать то, что хочешь, — это старость. Когда ты становишься неинтересен тем, кто моложе, — это старость.

Маша [Галина] права: это стыдно и унизительно. Общество испытывает отвращение к старению и позволяет себе интересоваться только «чемпионами» — везучими худышками, состоятельными и успешными людьми, у которых есть средства на имитацию молодости.

Человек утрачивает силы, красоту, остроту мышления, подвижность во всех смыслах — ему тяжело с таким собой. А окружающий социум его пытается добить наотмашь, ограничивая все виды востребованности.

Анна Голубкова: Если физическое состояние нормальное, то в любом возрасте комфортно

Мальчик тридцати лет гоняется за своей юностью,
заглядывает в глаза друзей и подружек.
А там – ничего, кроме усталости и
старательных, разученных много лет назад жестов.
Я же сразу родилась тридцатилетней.
На старых снимках в глазах ребенка,
сидящего на руках у матери,
явственно читаются недоверие и презрение
ко всему этому прекрасному дивному миру.
«А пошли вы все…», – хочет, но еще не умеет
сказать младенец с фотографии.

(2007)

Если физическое состояние нормальное, то в любом возрасте вполне комфортно.

Dmitriy Shandra: Организм восстанавливается хуже, травмы и когда-то вылеченные болезни дают о себе знать. Нельзя заниматься спортом «неправильно», бегать по асфальту в берцах или хлестать водку и лезть потом на турник. Организм не прощает и мстит. Продают табак без паспорта, что сначала радовало, а сейчас уже как-то огорчает. Справляться помогает ощущение, что все же к своему возрасту я кое-что успел, да и дальше еще вполне могу успеть, что хочется.

Michael Scherb: Не признаю себя в зеркале как себя, внутренне — «молодой специалист». В какие-то моменты ощущаю свой возраст, в какие-то — чувствую себя стариком, готовым в любой момент свалиться от инсульта-инфаркта. Потом вдруг снова все забываю и опять мне где-то 24. Потом вижу своего сына и говорю себе: «Это твой сын». Потом встречаю ровесника, которого долго не видел и удивляюсь: что с ним. Потом доходит, что с ним то же, что и со мной.

Елена Георгиевская: Не знаю, мне 37, и у меня ничего не происходит. Сохранились джинсы 2003 года — на пару сантиметров широки мне сейчас. Я в детстве болел намного чаще, чем сейчас. Никакой страшной гормональной перестройки нет, несмотря на более чем бурную юность с двухнедельными запоями, веществами и черт знает чем. Это генетика. Так что у всех по-разному. Вот психологическая усталость накапливается, конечно. Тело — это тюрьма, но если очень захотеть, можно сделать ее чуть более удобной.

Наталья Закомирная: Боялася старіння, думала, що воно прийде одразу за числом 30. Настало те трикляте 30, а нічого не прийшло. Попустило! Згадала свою бабцю, яка до 82 бігала аж гай шумів… Подумала, що старіння приходить набагато пізніше 30. Зараз критичної цифри не маю, бо не знаю певно, коли це «набагато пізніше». Жодних ознак старіння в свої 35 не відчуваю, бо нещодавно перейшла на трохи незвичний спосіб харчування, та він мені надав багато сил. Впевнена, що старіння залежить від внутрішнього відчуття. Людина може бути старою і в 20.

Коллажи: Оля Сосюра

Добавить комментарий